Почему Химтех лучше всех

02.09.2022

Изображение материала

Койфман Оскар Иосифович 

академик РАН, доктор химических наук,
профессор, кавалер ордена Почета,
заслуженный деятель науки РФ,
лауреат Премии Президента РФ,
лауреат Премии Правительства РФ в области науки и техники,
ректор ИГХТУ в 1998-2013 гг.

«Считаю, что человек не должен быть узким специалистом»

Почему Вы после школы решили получить высшее образование именно в ИХТИ? Какими были Ваши первые впечатления о вузе?

Среднюю школу я окончил в Молдавии. После ее окончания выбирал, в какой химико-технологический вуз поступить. В Москву и Санкт-Петербург, если честно, в то время не решился поехать. А у меня была соседка, которая окончила Ивановский химико-технологический институт, потом работала в Мурманске. Она рассказывала мне об институте, в котором училась, поэтому я и решил поступать в ИХТИ. Мое детство прошло в небольшом городке Сороки, в котором было всего 25 тысяч жителей. До того, как стать абитуриентом, вузов я никогда не видел. Меня впечатлила архитектура ИХТИ, присущая советским вузам, построенным в 1930-х годах. Академические институты, расположенные на Ленинском проспекте в Москве, снаружи выглядят приблизительно так, как выглядят расположенные в Иванове на Шереметевском проспекте корпуса ИГХТУ и ИВГПУ. Это колонны, треугольные фронтоны, общий стиль зданий.

Вы начали заниматься научной деятельностью, еще будучи студентом. С чем это было связано? Стартовые возможности студентов, желающих посвятить себя науке в ИХТИ того времени и в ИГХТУ сейчас - как Вы бы их сравнили? 

Наукой я начал заниматься на втором курсе. Я учился у Бориса Дмитриевича Березина, к сожалению, уже ушедшего из жизни. Он тогда преподавал курс аналитической химии, который я у него прошел на месяц раньше, чем требовалось. Увидев, что, и окончив курс, я продолжаю приходить в лабораторию, Борис Дмитриевич сказал, что мне нужно начинать заниматься наукой. Прикрепил меня к Юрию Александровичу Жукову. Сначала он учил меня спектральным методам. Первая для меня научная работа была посвящена фталоцианину уранила, она была опубликована в виде научной статьи в «Докладах Академии наук». Ее публикация состоялась по представлению академика А.Н. Теренина, потому что для публикации в этом издании требовалась рекомендация кого-то из академиков.

Понятно, что с одной стороны стартовые возможности студентов, желавших заняться наукой в ИХТИ в то время и в ИГХТУ сейчас, несколько разные. Но, с другой стороны, в главном ничего не изменилось. Если студент хочет посвятить себя науке, то всегда находится преподаватель или научный сотрудник, который готов осуществлять научное руководство этим студентом. Вуз предоставлял, предоставляет и, наверное, будет предоставлять возможности для тех, кто действительно хочет заниматься наукой.

Думаю, что разница скорее не в стартовых возможностях, а в дальнейшем профессиональном пути. В то время студенты, решившие посвятить себя науке, на 90% в ней и оставались практически всю последующую жизнь. Сегодня для многих имеет гораздо большее значение материальная составляющая. И зачастую очень способные студенты, которые могли бы себя серьезно проявить в науке, в силу материальных обстоятельств уходят из науки. Хорошо, если в производство, но нередко и не по профилю, что вызывает сожаление, потому что их потенциал оказывается не раскрыт. Поэтому в ИГХТУ существует система в том числе и материального поощрения студентов, успешно занимающихся научной деятельностью.   

Изображение материала
В лаборатории. 3-ий курс

Изображение материала
Всесоюзная конференция по химии макроциклических  соединений, Olесса. 1990 г. Во втором ряду (слева направо):
О.И. Койфман, Р.П. Смирнов, Б.Д. Березин, Г.А. Крестов, Справа А.Ю. Цивадзе

Кто из Ваших учителей Вам больше всего запомнился? 

Прежде всего, мой научный руководитель Борис Дмитриевич Березин, которого я считаю своим научным отцом. Когда я, еще студентом, начал заниматься у него наукой, он всегда заботился о том, чтобы у меня были возможности для научной работы. Он достаточно быстро перевел меня на индивидуальный план обучения, что давало мне большее время для научной деятельности. Борис Дмитриевич настоял, чтобы я досрочно защитил кандидатскую диссертацию, которая была мной защищена практически на год раньше установленного срока.

Очень многое по жизни я взял у Геннадия Алексеевича Крестова – ученого, организатора, ректора ИХТИ, создателя и директора Института химии неводных растворов (сейчас Институт химии растворов), первого в Иваново члена-корреспондента АН СССР. Еще в период моего студенчества он был одним из тех, кто поддержал мои занятия по индивидуальному плану. Его поддержку я чувствовал и все последующие годы. Он помог мне оставить работать в вузе Олега Александровича Голубчикова и Владимира Геннадьевича Андрианова, ставших докторами наук, которые, будучи студентами, начинали заниматься наукой у меня, когда я еще был аспирантом.

Я очень благодарен Ростиславу Павловичу Смирнову и также считаю его своим учителем. Его я сменил на посту ректора нашего вуза, а во время моего студенчества он был моим деканом, тоже принимал активное участие в моем индивидуальном плане. Это было непросто, потому что в то время это был первый такой опыт индивидуального плана обучения, который предполагал существенные изменения стандартного учебного плана, исключения из него целого ряда предметов, которые с точки зрения Бориса Дмитриевича были не очень мне необходимы, исходя из того, что он рассчитывал, что я посвящу себя науке. Исключались некоторые общетехнологические, инженерные предметы, вместо которых были включены специальные дисциплины, которые я изучал по монографиям, учебникам, сдавал по ним экзамены. В данном случае проявилось предвидение моего научного руководителя, что мне понадобятся знания, которые не дают в рамках стандартного учебного плана. И он пошел на то, чтобы добиться разрешения заниматься мне именно так, как я занимался.

Ростислав Павлович, еще будучи моим деканом, видимо, тоже почувствовал, что я смогу работать в вузе дальше и приносить пользу. Его поддержка принимала иногда неожиданные для меня формы. Я никогда не был отличником, за все студенческие годы ни разу не смог получить повышенную стипендию. Но выше повышенной стипендии была Ленинская стипендия. Как-то я пришел в вуз, а была доска Ленинских стипендиатов, и увидел на ней свою фотографию. Очень удивился, подошел к Ростиславу Павловичу, говорю: «Это ошибка, наверное». А он отвечает: «Повесили – виси». Думаю, что сейчас я оправдываю те авансы, которые мне дали в студенчестве.

Изображение материала
Р.П. Смирнов, О.И. Койфман, Б.Д. Березин и Ю.Г. Воробьев на Международной конференции по органическому синтезу.
Москва. 1986 г.

Еще я хотел бы отметить Бориса Николаевича Мельникова. Это был заведующий кафедрой химической технологии отделочного производства. Я не хотел поступать на эту кафедру, хотел поступить на пластмассы, судьба сложилась так, что теперь я заведую кафедрой пластмасс. Но поступить на нее тогда я не мог, потому что выпускников школ не брали сразу на эту кафедру: нужно было иметь трудовой стаж, которого у меня еще не было. Поэтому меня зачислили на кафедру химической технологии отделочного производства, которой до Бориса Николаевича Мельникова заведовал Павел Васильевич Морыганов. Потом, по настоянию Бориса Дмитриевича, я перешел на кафедру органических красителей и промежуточных продуктов. Он считал, что в институте есть всего две кафедры, которые действительно дают основательные химические знания. Это кафедра технологии неорганических веществ для неоргаников и кафедра органических красителей и промежуточных продуктов для органиков. Поскольку я был органиком, то он посоветовал мне перейти на эту кафедру, которой тогда руководил Василий Федорович Бородкин. А нужно было получить согласие заведующего кафедрой, на которой я учился, на переход. Борис Николаевич Мельников тогда долго со мной беседовал, рассказывал о том, какие у меня могут быть перспективы, в том числе, если я уйду на производство: что там мужчин мало, и они быстро растут в карьерном плане. И хотя я и ушел на другую кафедру, с ним у меня на всю жизнь сохранились дружеские отношения. Иногда, когда у меня возникали сложные проблемы, я советовался не только с Борисом Дмитриевичем Березиным, но и с Борисом Николаевичем Мельниковым, который был человеком, более приближенным к реальной жизни. Не могу сказать, что всеми его советами я воспользовался, но тем не менее очень ему благодарен, как и всем тем, кто меня чему-то в жизни научил. Как мне кажется, учеба не прошла даром.

Когда спустя много лет мне предложили стать проректором, я решил пойти посоветоваться с Геннадием Алексеевичем Крестовым. Понимал, что он бывший ректор, меня достаточно хорошо знает. А я тогда немного побаивался: справлюсь – не справлюсь с этой работой. Когда пришел к нему, он сказал: «Неужели ты думаешь, что прежде, чем тебе предложить эту должность, со мной не обсуждали этот вопрос?» Так одной фразой мне на все сомнения ответил.

Правильно ли я понимаю, что Вы положили начало традиции, что ректором ИГХТУ становится кто-то из его выпускников?

Если именно ИГХТУ, то да, потому что я стал первым ректором Ивановского государственного химико-технологического университета. И действительно, и я, и Валентин Аркадьевич Шарнин, и Михаил Федорович Бутман, и Наталья Евгеньевна Гордина – все выпускники нашего вуза. Но если мы возьмем Ивановский химико-технологический институт, то 90% его ректоров – его выпускники. И работавший директором ИХТИ в 1941-1951 годах Александр Харлампиевич Бронников, и директор ИХТИ в 1951-1961 годах Иван Петрович Кириллов, и ректор ИХТИ в 1961-1972 годах Капитон Николаевич Белоногов, и ректор ИХТИ в 1972-1980 годах Геннадий Алексеевич Крестов, и ректор ИХТИ в 1980-1983 годах Владимир Иванович Клопов, и ректор ИХТИ в 1983-1993 и ректор Ивановской государственной химико-технологической академии в 1993-1998 годах Ростислав Павлович Смирнов.

На мой взгляд, это хорошая традиция. В настоящее время считается, что неважно, чем руководить, главное уметь руководить. Наверное, для многих участков работы это в какой-то степени справедливо. Что же касается высших учебных заведений, то я однозначно убежден, что человек, не работающий в этом вузе, а еще хуже, если вообще не работающий в вузе – не сможет стать хорошим руководителем. Либо же ему придется затратить очень много времени для того, чтобы понять структуру работы вуза. Потому что в образовании самое страшное это - ломать. Сломать можно очень быстро, а вот на воссоздание разрушенного потом нужны десятки лет. Образование – сфера достаточно консервативная, важно ее чувствовать. Консерватизм позволяет нивелировать последствия каких-то событий, не очень благоприятных для развития вуза. В технологии подготовки, организации учебного процесса инженеров, химиков-технологов для промышленности таким образом, чтобы они оказались устойчивы, на мой взгляд, высоко значение таких ректоров ИХТИ, как Иван Петрович Кириллов и Капитон Николаевич Белоногов. А инерцию ускоренному ходу развития науки в ИХТИ придал ректор Геннадий Алексеевич Крестов. Эти три человека, которые, образно говоря, закрутили пружину маховика, благодаря которому все последующие ректоры, даже если бы они вдруг захотели (а таких не было), не смогли бы ничего испортить в работе института и университета. А могли только либо способствовать ускорению работы этого маховика, что в основном и делалось, либо соблюдать ту же скорость. Это хорошая традиция ИХТИ – ИГХТА – ИГХТУ. Не очень внимательно наблюдал за другими вузами, но думаю, что у них этого нет.

Изображение материала
А.Ю. Цивадзе, О.И. Койфман, А.М. Кутепов и И.Л. Еременко. Чугаевское совещание. Ростов

Считаю, что для нашего вуза благо, что сложилась традиция, что ректорами становятся его выпускники, которым вуз дорог. Дай Бог, чтобы ИГХТУ еще очень долго развивался, и было еще много ректоров, и чтобы все они были нашими выпускниками.

Изображение материала
Учитель химии О. И. Койфмана, Герой социалистического труда  Борис Николаевич Пасечник на юбилее ИГХТУ в 2008 году

Изображение материала
Доктор honoris causa Краковской Политехники

Изображение материала
С лауреатом Нобелевской премии Даном Шехтманом в Институте общей и неорганической химии РАН

Вы стали ректором уже университета или ещё академии? Эти перемены в статусе институт – академия – университет, в которых Вы принимали самое активное участие – на что они влияли в жизни вуза?

Меня назначили исполняющим обязанности ректора 1 апреля 1998 года, когда наш вуз был еще академией. А 15 мая он стал университетом. Избран я был ректором в конце мая, уже после получения вузом статуса университета.

Понятно, что изменение статуса заставляет и руководство, и коллектив вуза работать, прежде всего, над содержанием образования, науки, других сфер деятельности. Когда в то время давали статус университета, то предполагалось, что даже технический университет должен включать в себя не только технические виды образовательной и научной деятельности.  Еще при Ростиславе Павловиче Смирнове, при активном участии Евгения Михайловича Румянцева, в нашем вузе было создано гуманитарное отделение, которое потом преобразовали в гуманитарный факультет. Была открыта специальность «культурология». Я посчитал необходимым разместить этот факультет в отдельном корпусе. И этот корпус был фактически построен, хотя в коллективе и не было единодушного понимания необходимости развития в данном направлении. Были созданы соответствующие кафедры, которые сейчас функционируют в рамках гуманитарного института.

Изображение материала
Заседание Президиума Российского химического общества  в ИГХТУ.
Слева направо: академики РАН И.И. Моисеев, П.Д. Саркисов

Статус университета предполагает, что он выпускает технических специалистов, имеющих достаточно солидную гуманитарную базу. Инженер не должен быть зациклен только на своей специальной работе; важно, чтобы это был широко образованный человек, представляющий мир, в котором живет, происходящие в нем процессы во всем многообразии.

ИГХТУ отличала широта научной деятельности, это касается как фундаментальных, так и прикладных исследований. Когда наш вуз стал университетом, в его структуре был создан институт управления, финансов и информационных систем. Этот институт широко развил экономическое направление в нашем вузе. Создали сначала кандидатский, потом докторский диссертационный совет по экономическим наукам. За десять лет существования этого совета было подготовлено свыше ста кандидатов и докторов наук.

Изображение материала
С Доктором honoris causa ИГХТУ проф. Томасом Торресом

В рамках ИГХТУ развивались химическое, технологическое, гуманитарное, экономическое направления. Во всех этих областях велась активная научная работа. Не зря наш вуз среди всех ивановских, да и не только ивановских вузов, в разного рода рейтингах всегда занимал и занимает достаточно высокие места.

Благодаря Вам в ИГХТУ появился гуманитарный факультет, были аккредитованные гуманитарные специальности (культурология), аспирантура по философии. При Вашей поддержке развились Шереметев-центр. Вы лично провели большую работу по изучению истории ИГХТУ. Какое место занимает гуманитарная составляющая в техническом вузе, в чем её значение? 

Я считаю, что гуманитарная составляющая для технического университета как в области образования, так и области науки – должна развиваться. Понимаю, что исчезновение культурологии из числа специальностей нашего вуза   неправильно. Этого нельзя было допускать, слишком много усилий было положено на то, чтобы развить гуманитарную составляющую в нашем вузе. Для расширения культурного кругозора студентов имело существенное значение, то что они знакомились с выставкой, существовавшей в мастерской современного искусства на 6 этаже гуманитарного факультета, тем, что они знакомятся с проектами Шереметев-центра. Мне бывает стыдно за людей с высшим техническим образованием, когда я вижу, что они не могут ответить на целый ряд, с моей точки зрения, вполне понятных вопросов гуманитарного характера.  

Изображение материала
С ректором Краковской политехники, доктором  honoris causa ИГХТУ Казимиром Флага

Считаю, что человек не должен быть узким специалистом. У Форда было замечательное выражение, которое я всегда привожу. Он говорил: «Я никогда не доверяю специалистам, потому что они знают, почему надо сказать "нет"». И жизнь много раз подтверждала мне правоту этого тезиса. В 90 % случаев я сталкивался с тем, что узкие специалисты в ответ на какое-то новое предложение начинали находить аргументы, почему это не получится сделать. Это были и технические, и не технические специалисты. Отсюда важность гуманитарной составляющей в техническом вузе. Большое значение в ее введении в масштабах страны имела деятельность Геннадия Алексеевича Ягодина, министра высшего и среднего специального образования СССР в 1985-1988 годах, в прошлом ректора МХТИ им. Д.И. Менделеева.

Да, нужно понимать, что технический вуз, готовящий специалистов для производства, должен максимальное количество часов обучения направлять именно на специальную подготовку. Но есть и другие предметы, которым должно быть уделено особое внимание.

Изображение материала
Подписание договора о сотрудничестве с Шеньянским химико-технологическим университетом

Добавлю еще, что технические науки более консервативны, а в гуманитарных науках изменения происходят достаточно часто. Даже за мою жизнь я видел, как изменялись тенденции в истории, других науках гуманитарного и общественного циклов. Поэтому здесь научить можно принципам, основному, а дальше человеку все равно придется учиться самому. Но вот это основное, какая-то определенная гуманитарная база – она необходима и людям с техническим университетским образованием.

В чем главное значение сотрудничества ИГХТУ и Института химии растворов РАН в г. Иваново? 

Академический институт химии неводных растворов вырос из ИХТИ, из той проблемной лаборатории, которая была на кафедре неорганической химии, которую создал и развивал Геннадий Алексеевич Крестов. Это направление стало известно во всей стране. Понятно, что когда был образован институт, то его связи с ИХТИ были самые тесные. Практически все сотрудники института были наши выпускники, работали у нас. Это уже потом институт стал растить собственные кадры. Тематика исследований института была связана и с отделкой тканей, и с электрохимическими способами обработки металлов, и с макрогетероциклическими соединениями, и непосредственно с самими растворами. Наши ученые и ученые института всегда очень тесно сотрудничали.

Я всегда считал, что две наши организации должны быть одним целым в плане научной деятельности. Хотя это два разных юридических лица, у которых раньше и учредители были разные, это сейчас у нас один и тот же учредитель – Министерство науки и высшего образования РФ. У нас есть совместные кафедры, совместные лаборатории, совместные гранты, проекты. У нас общий высший химический колледж, который организован как Ивановское отделение высшего химического колледжа РАН. В нем работают преподаватели и ИГХТУ, и ИХР. Очень много выпускников колледжа потом идут работать в ИХР.

У нас общая приборная база. Мы редко покупаем приборы так, чтобы они дублировали имеющиеся в ИХР. Определенный набор есть у нас, определенный у них, потому что финансы ограничены, и на все по отдельности для каждой из организаций денег не хватит. Наиболее дорогостоящее оборудование есть в ИХР, потому что Академия наук давала своим институтам больше средств на приборную базу, чем нам Министерство. Наши коллективы вместе с москвичами получили общую премию Правительства РФ за подготовку специалистов на базе химических колледжей. Многие сотрудники ИХР являются членами диссертационных советов в ИГХТУ, а сотрудники ИГХТУ членами диссоветов в ИХР.

Изображение материала
С профессорами В. А. Шарниным (слева) и В. Н. Блиничевым
 в Кракове

ИХТИ в 1960-е годы и ИГХТУ сейчас - что из того, что было в то время и чего нет сейчас, стоило бы возродить? 

Сложно ответить, потому что это разные эпохи, разные люди, разные взгляды, разный настрой в студенчестве. Это поколения с разными ценностями, которые очень трудно сравнивать.

Изображение материала
На юбилее Шеньянского химико-технологического института

В СССР было немало того, что многим не нравилось. Но советская система высшего образования имела своим основным плюсом фундаментальность. Наверное, это касается и советского школьного образования. Те фундаментальные знания, которые в советское время давались во время обучения в институтах, были достаточны для того, чтобы вполне грамотно ими распорядиться для получения специальных знаний. Разумеется, это касается только тех, кто хотел их получить и ими распоряжаться. Напомню, что, когда Советский Союз запустил искусственный спутник Земли, а особенно после первого полета человека в космос, американцы на самом высоком уровне приняли решение полностью пересмотреть свою систему образования, переделав ее практически под советскую. Мне кажется, одного этого достаточно, чтобы подтвердить утверждение, что советская система образования была хорошей.

В СССР была своя система подготовки кадров, подготовки руководителей. Она имела свои недостатки, но это была система. Не просто так с 1990-х годов наблюдается определенный кадровый провал, проблема с кадрами. Потому что это поколение никто специально не учил, они почти все самоучки. А человек может сам и хорошо освоить то, что не знал, но чаще бывает наоборот. Вот эта системность, фундаментальность – то, что мы сегодня начинаем пытаться возродить с учетом новых исторических условий.

Изображение материала
В Дижоне с Б.Д. Березиным и Д.Б. Березиным

Высшая школа – это, наверное, в первую очередь, люди. Кого из преподавателей и сотрудников Вы особо выделили бы как знаковых для ИГХТУ?

В первую очередь, я назвал бы Капитона Николаевича Белоногова, много сделавшего именно для подготовки инженеров-химиков, технологов непосредственно для промышленности.  Он считал это основной задачей ИХТИ. А Геннадий Алексеевич Крестов развил в ИХТИ науку как основное направление деятельности вуза. Думаю, что правильно соединить обе эти точки зрения.

Изображение материала
Директор Института органической и физической химии Казанского научного центра О.Г. Синящин и директор института органической химии им Н.Д. Зелинского М.П. Егоров на 80-летии ИГХТУ

ИГХТУ – единственный в России вуз, готовящий специалистов для работы на предприятиях. Все остальные по названию такие же, но выпускники из Москвы, Санкт-Петербурга и Казани очень неохотно покидают свои регионы. Получается, что обучение специалистов для производства от Владивостока до Калининграда осуществляет именно ИГХТУ. Поэтому важно у нас сочетать подготовку инженеров и подготовку химиков-исследователей. Считаю, что в нашем вузе это получается.

Получается, благодаря таким ученым, как Борис Дмитриевич Березин, Геннадий Алексеевич Крестов, Борис Николаевич Мельников, Вадим Васильевич Буданов, Ростислав Павлович Смирнов, Василий Федорович Бородкин, Константин Соломонович Краснов и другие – всей той плеяде, которая работала с момента выделения Ивановского химико-технологического института из Ивановского политехнического института, а сейчас – благодаря преемственности заложенных ими традиций в работе их учеников. Назвать можно очень многих, среди них и тех, кто был без докторской степени, как, например, Вадим Васильевич Гостикин, который много сделал на кафедре физической химии.

Изображение материала
С коллективом кафедры

Мне очень нравится и современная молодежь, которая пришла в науку.  Среди них есть те, кто очень рано защитил докторские диссертации. Очень активно занимаются научной работой, своим карьерным ростом. Они другие, потому что раньше жизнь была другая, другим был ее ритм, да вообще все было другое. «Другое» – не в смысле хуже или лучше, жизнь меняется, меняются и ученые.

Хочется отметить, что в ИГХТУ всегда был очень хороший коллектив. За всю историю вуза проблем с отдельными членами коллектива можно по пальцам пересчитать. А большинство всегда понимало, что есть личные интересы, а есть интересы университета. Я несколько раз сталкивался с ситуацией, когда перед ученым советом был выбор: либо личные интересы как самих членов ученого совета, так и остальных членов коллектива, которых они представляют, либо что-то общее. Но чтобы сделать это общее, нужно пожертвовать своими личными интересами. И должен сказать, что всегда решение принималось в пользу общих проблем. Не могу сказать, что в других вузах есть такой здоровый корпоративный дух, как у нас.

Изображение материала
С П.А. Стужиным на вершине Фудзиямы

В чем на Ваш взгляд значение ИГХТУ для Ивановской области?

ИГХТУ является лидером среди ивановских вузов в научной сфере. Понимаю, что специалисты в сфере химической технологии, которых мы готовим, не очень сильно востребованы в Ивановской области, потому что химической промышленности в регионе достаточно немного. Дело в том, что по довоенным планам в Ивановской области должна была активно развиваться химическая промышленность, в продолжение ее развития в Горьковской (сейчас Нижегородской) области. Но этого не произошло. Поэтому наш вуз в большей степени работает на всю Россию. Для региона же он играет роль флагмана в сфере науки, на который другим вузам нужно равняться.

Изображение материала Изображение материала
С Нобелевским лауреатом Жан-Мари Леном.  С академиком И.П. Белецкой

 Беседовал А.А. Федотов